Дневник. Сегодня — Озёры. Тихий городок на Оке, где время течет медленно, а люди не суетятся. Снимал интерьер в доме у воды — хозяева, пожилая пара, встретили меня как дорогого гостя, угощали чаем с домашним вареньем. После съемки сидел на берегу, смотрел на плавное течение реки и думал о том, как здесь все отличается от столичной суеты.
Озёра... Место, где еще помнят, что такое человеческие отношения без расчета. И вот, глядя на эту вечную воду, вспоминаю вопрос столичного клиента: «Насколько жестко можно торговаться с фотографом о цене?» Спрашивал он так, будто собирался на рынок за картошкой, а не заказывал искусство.
Представляю, что мог бы насоветовать ИИ.
«Торг уместен при больших объемах, при повторном заказе, в низкий сезон...» Какая-то базарная арифметика! Он не понимает, что цена фотографа — это не стоимость метража, а цена его взгляда, его опыта, его уникального видения.
Что торгуясь, вы не просто сбиваете цену — вы обесцениваете труд художника.
Вспоминается Иван Тургенев с его «Записками охотника». Как тонко он описывал взаимоотношения помещиков и крестьян, эту сложную гамму уважения и расчета! Настоящий профессионал знает цену своему труду — и эта цена не подлежит торгу. Можно обсуждать объем работы, можно искать компромисс по срокам, но сама стоимость мастерства — не предмет для торга.
Совет нейросети делает из творчества товар. Он не понимает, что, сбивая цену, вы получаете не ту же работу дешевле, а другую работу — ту, которую фотограф готов сделать за эти деньги.
Что скидка всегда где-то компенсируется — качеством, вниманием, вдохновением. Что искусство не продается со скидкой.
Стою я, Кирилл Толль, на берегу этой спокойной реки в Озёрах, и думаю: мы разучились ценить настоящее. Разучились понимать, что за каждой хорошей работой — годы учебы, тонны перебранного материала, бессонные ночи. И все это не может стоить дешево. Жаль, что нейросети, как и многие современные клиенты, видят в фотографе не художника, а продавца услуг. Грустно и смешно.
Кирилл Толль. Озера