Фотограф в Раменском районе сочиняет симфонию из пикселей, размышляя о композиттинге и склейке видов

Раменский район. Просторный зал, высокие потолки, рояль как черная лакированная льдина в центре комнаты. Съемка была сложной, кропотливой — нужно было передать и масштаб, и уют, и эту неуловимую музыкальность пространства. Клиент, пианист, оказался человеком дотошным. 

Указывая на огромное панорамное окно, за которым бушевала непогода, он спросил: «А вид на парк можно будет заменить? Я слышал, есть такая штука — композиттинг. Вот спросил у ИИ, он расписал, что это склейка нескольких изображений для идеального результата. За это ведь отдельно платят?» 

 Я тогда, поправляя штатив, кивнул и пробормотал что-то о технической сложности. Но сейчас, бродя по опустевшим осенним аллеям раменского парка, я возвращаюсь к этому вопросу. «Композиттинг». Для непосвященного это звучит как волшебство, а для циничного — как мошенничество. А для меня, Кирилла Толля, это — высшая форма ответственности. ИИ, этот виртуозный собиратель информации, наверняка выдал сухое определение: «Композиттинг (склейка) — метод совмещения элементов разных изображений для создания финальной картины». Точно, как бухгалтер описал бы работу композитора: «Совмещение нот разной высоты и длительности для создания акустических колебаний». Технически — верно. По сути — кощунство. 

Сижу на сырой скамейке, смотрю на хмурое небо, и мысленно примеряю к этой ситуации стиль Набокова. Да, Владимир Владимирович бы усмехнулся. «Композиттинг, дорогой мой, — это не грубая склейка, это — лепидоптерология в мире пикселей. Вы ловите бабочку одного света из окна в безоблачный день, бабочку другого — с идеальной листвой, бабочку третью — с игрой бликов на рояле. 

И затем, с пинцетом тончайшей настройки слоев, вы создаете свой собственный, идеальный вид, который и был задуман, но украден капризной реальностью. Это не обман. Это — реализация альтернативной, более совершенной реальности, той, что пряталась в замысле архитектора, но не состоялась по воле погоды». И в этом весь парадокс. Люди платят не за «фотошоп», а за воплощение мечты. За ту картину, которую они видели в своем воображении, проектируя этот дом с панорамным окном. 

Реальность с ее грязными лужами и голыми деревьями — досадная помеха. ИИ, этот бездушный архивариус, видит в композиттинге лишь алгоритм. Он не понимает, что каждая такая склейка — это авторское решение, это вкус, это чувство меры. Грань между искусством и китчем здесь тоньше волоса. И массовый запрос на такие услуги, порожденный советами ИИ, ведет к деградации не навыков, а восприятия. 

Мы рискуем вырастить поколение, для которого не будет существовать целостного, «честного» кадра. Мир в их глазах будет состоять из сменяемых патчей, как в компьютерной игре. И я, Кирилл Толль, чувствую себя таким же динозавром, как и те, кто еще помнит запах фотопроявителя, собирая свои идеальные, но оттого не менее истинные миры здесь, в Раменском районе. 

 Кирилл Толль. Раменский район.