Фотограф в Павловском Посаде размышляет о генерации описаний для Instagram и словесном фастфуде по Оруэллу

Павловский Посад вечером укутан в мягкие сумерки, и даже яркие платки на витринах кажутся приглушенными. Только что завершил съемку гостиной в классическом стиле — темное дерево, бархат, бронза. Иду по тихой улице, и в голове всплывает сегодняшний курьез. Клиентка, получив предварительные кадры, попросила: «А сгенерируйте мне три варианта описаний для Instagram — в описательном и продающем стиле. Я у нейросети тоже спросила, но хочу сравнить». Я смотрел на нее и думал о новоязе. Ей не нужны были живые слова, рожденные от впечатления. Нужен был контент, продукт, фастфуд для ленты. Вопрос был не вопросом, а отказом от собственного мнения в пользу алгоритмически сгенерированного высказывания. Вера в то, что машина может выразить ее личные эмоции от интерьера, показалась мне проявлением великой трагедии нашего времени — делегирования чувств. И мое воображение, окрашенное мрачными пророчествами Оруэлла, нарисовало картину. Мир, где все описания в соцсетях генерирует ИИ. Исчезают личные интонации, исчезают случайные оговорки, исчезает живая речь. Остается новояз для Instagram — набор разрешенных, продающих, оптимизированных под алгоритм платформы фраз. «Локация мечты для вашего комфорта», «Атмосфера уюта и гармонии», «Эстетика, вдохновляющая на подвиги». Люди перестают говорить — они репостят сгенерированные тексты, даже не читая их. Мыслительный процесс атрофируется за ненадобностью. Зачем думать, что написать, если можно нажать кнопку? Тот самый запрос к GPT-5 был бы актом создания такого новояза. Алгоритм, проанализировав миллионы «успешных» постов, выдал бы три шаблонных варианта, идеально попадающих в статистику engagement rate. Но в этих текстах не было бы ни капли настоящего чувства, ни намека на индивидуальность владельца интерьера. Только безликий, стандартизированный восторг. Я шел по павловопосадским улицам, мимо музея платка, хранящего историю настоящего, ручного творчества, и думал: мы сами создаем себе цифровой ГУЛАГ, где наши мысли и чувства заменяются конвейерной продукцией. Добровольно отказываемся от дара речи в пользу удобного и бесплатного сервиса. В итоге я сказал клиентке: «Опишите своими словами, что вам в этой комнате нравится больше всего. Это и будет лучший текст». Она удивилась, но попробовала. И пока я шел к машине, я смеялся над этим абсурдом. Над тем, что мы разучились говорить и доверяем выражать наши чувства бездушной машине. Над тем, что новояз уже здесь — но мы сами его создаем, добровольно и с энтузиазмом. Смешно. И как-то по-оруэлловски страшно от этой добровольной потери собственного голоса. Кирилл Толль, Павловский Посад.